31-летняя Адель Хакинс страдала на протяжении долгого времени, около двадцати лет, от мигреней, сильной усталости, тошноты, проблем со слухом и от отека левого верхнего века. Лишь недавно врачи смогли поставить диагноз: во всем виноват был всего один укус клеща, заразившего женщину болезнью Лайма.

По словам самой женщины, она чувствовала, будто имеет тело 90-летнего человека. А широта симптоматики постоянно сбивала врачей с толку. В итоге диагноз удалось поставить благодаря инициативе самой пациентки, которая наткнулась на описание болезни в Интернете.

Надо сказать, сначала обычный тест, проводимый в государственной клинике, на выявление данного заболевания не диагностировал болезнь. Тогда женщина обратилась в госпиталь Наффилд в Ньюкасле на Тайне, где и вынесли заключительный вердикт.

Теперь Адель Хакинс боится, что болезнь передалась и ее мужу через половой контакт. Также за то время, пока она жила с болезнью, даже не подозревая об этом, она родила троих детей. На данный момент Адель справляется с симптомами благодаря антибиотикам.

8 декабря 2011 года в пресс-центре РИА Новости состоялась пресс-конференция «Антибиотики: спасение или угроза?». Специалисты призвали население отказаться от самолечения во избежание нежелательных последствий, а врачей – более ответственно подходить к назначению антибактериальных препаратов.

Осень и зима – традиционные времена года, когда возникает эпидемия гриппа и ОРВИ. По словам руководителя отдела эпидемиологического надзора Роспотребнадзора по г. Москве Ирины Лыткиной, в этот раз активный рост заболеваемости гриппом возможен в конце января 2012 года. Избежать вспышки болезни в конце осени – начале зимы позволила своевременно проведенная профилактическая работа.

Ирина Лыткина: «На сегодняшний день ситуация в городе соответствует среднесезонным показателям. Заболеваемость сегодня определяется вирусами негриппозной этиологии (парагриппа, аденовирусами, РС – вирусами). Вместе с тем необходимо помнить, что в случае заболевания ОРВИ и гриппом необходимо как можно быстрее обратиться к врачу, так как несвоевременно начатое лечение (или самолечение) может привести к осложнению заболевания и развитию таких серьезных осложнений как бронхит, пневмония, энцефалит и другие».

Если все же бактериальное осложнение возникло, то больному не избежать приема антибиотиков. И здесь очень важен профессионализм врача в выборе препарата с одной стороны, и внимательность и педантичность пациента при прохождении курса лечения – с другой. Врачу необходимо подобрать адекватную дозу лекарства. Заниженная дозировка может привести к развитию резистентных бактерий, а завышенная – к нежелательным осложнениям. Передозировка препарата чревата нарушением работы почек, печени, нервной системы.

По словам Олега Шифрина, доктора медицинских наук, профессора кафедры пропедевтики внутренних болезней 1-го МГМУ им. Сеченова, врач должен назначать препарат с учетом хронических заболеваний внутренних органов в анамнезе у пациента. «Ряд лекарственных веществ выводятся из организма посредством печени. Гепатотоксические реакции реализуются через прямое повреждающее действие препарата на клетки печени и среди применяемых в современной медицине веществ к данной группе с полным основанием можно отнести только этиловый спирт и парацетамол. Большинство современных антибактериальных препаратов безопасны, при условии грамотного их использования и безукоризненного следования указаниям доктора», – говорит Олег Шифрин.

А вот будут ли антибиотики также действенны, как и безопасны для конкретного человека, это уже зависит не только от врача:

«Проблема резистентности (устойчивости) микроорганизмов к антимикробным препаратам была, есть и будет оставаться одной из самых актуальных и недооцененных, в том числе и с точки зрения общественного резонанса. Одной из основных причин высокого уровня резистентности является высокое и зачастую бесконтрольное потребление антимикробных препаратов, – говорит Роман Сергеевич Козлов, директор научно-методического центра по мониторингу антибиотикорезистентности Росздрава. – У нас не представляет труда приобрести антибиотики без рецептов, причем, несмотря на существующие официальные запреты Минздравсоцразвития России. Как следствие, более 95% нашего населения, не имеющих медицинского образования, хранит их в домашних аптечках».

К образованию резистентных микробов ведет и невыполнение пациентом рекомендаций врача по длительности приема лекарственного препарата. Пациент может в какой-то момент забыть принять антибиотик или решить, что он уже выздоровел, и что продолжать антимикробную терапию смысла нет. Эту проблему решают антибиотики, рассчитанные на короткий, 3-х дневный курс приема, при этом лечебный эффект этих препаратов продолжается 10 дней. Поэтому гарантия завершенности назначенного лечения самая высокая. Такие препараты есть в группе макролидов. Антибиотики из этой группы часто применяются для лечения бактериальных инфекций дыхательных путей, наиболее вероятных осложнений в период эпидемий гриппа и ОРВИ.

В завершении пресс-конференции специалисты особо отметили, что социальная значимость антимикробной резистентности определяется, в том числе и тем, что распространение резистентных штаммов ведет к снижению эффективности терапии «банальных» инфекций и необходимости применения более дорогостоящих препаратов, увеличивает время госпитализации больных и приводит к экономическим потерям. Справедливости ради стоит сказать, что резистентность бактерий, вирусов и грибов – это глобальная пандемия, которая угрожает каждому жителю планеты. Остановить ее может только сознательное отношение, как врачей, так и пациентов к рациональному применению антибиотиков.

По сообщению ВОЗ, результаты одного из недавних исследований показали, что в 2007 г. в 31 европейской стране септические инфекции, вызванные двумя наиболее распространенными видами антибиотикоустойчивых микроорганизмов – метициллин-устойчивым золотистым стафилококком (MRSA) и устойчивыми штаммами кишечной палочки – стали причиной 8215 случаев избыточной смертности (соответственно 5503 и 2702).

Общее число случаев таких септических инфекций составило свыше 260 000, что повлекло за собой свыше 370 000 дополнительных дней госпитализации и экономический ущерб в масштабе 62 млн. евро. В других странах Европейского региона ВОЗ, из которых данные не поступают в международные системы эпиднадзора, о таких и аналогичных инфекциях известно меньше.

В Европейском регионе ВОЗ вызывают тревогу высокие темпы распространения туберкулеза с множественной лекарственной устойчивостью (МЛУ-ТБ). В Регионе находятся не только 9 стран с самыми высокими в мире уровнями лекарственной устойчивости среди первично выявляемых случаев (вплоть до 40%), но также 6 стран с самыми высокими в мире уровнями МЛУ-ТБ среди ранее леченных туберкулезных пациентов (вплоть до 70%).

По оценкам ВОЗ, ежегодное число новых случаев МЛУ-ТБ в масштабе Региона составляет около 81 000; из них вследствие недостаточных возможностей лабораторной диагностики регистрируется лишь около 28 000, и только около 17 000 пациентов (62% от числа зарегистрированных случаев) получают лечение с применением высококачественных препаратов второго ряда. Фонды, необходимые для обеспечения лечения, по прогнозам, вырастут с 454 млн. долл. США в 2011 г. до 1,7 млрд. долл. США на 2015 г. В настоящее время показатель успешности лечения пациентов с МЛУ-ТБ составляет лишь 57,4% – во многих случаях лечение прерывается, нередки летальные исходы.

Для того чтобы эффективно преодолевать проблему устойчивости, необходима информация о применении антибиотиков, а также о природе распространения устойчивых возбудителей и об их влиянии на здоровье населения. Медицинские работники, специалисты по управлению рисками и руководители нуждаются в этих сведениях для приоритизации своих ресурсов и усилий по сдерживанию устойчивости к антибиотикам. Основой научно обоснованных действий является эпидемиологический надзор.

В рамках выполнения Европейского стратегического плана действий по проблеме устойчивости к антибиотикам, утвержденного государствами-членами в сентябре 2011 г., ЕРБ ВОЗ будет укреплять надзор за устойчивостью к антибиотикам путем оказания помощи 21 стране в сборе и представлении данных, сопоставимых с существующими системами эпиднадзора.

«Координация работы по эпиднадзору за устойчивостью к антибиотикам в масштабах Европейского региона позволит получить необходимые представления об этой растущей угрозе общественному здоровью. Я горячо приветствую страны, проявившие прочную приверженность делу реализации Европейского плана действий, который даст возможность руководителям и медицинским работникам принимать информированные решения по вопросам профилактики, сдерживания и сокращения масштабов устойчивости к антибиотикам», – говорит Zsuzsanna Jakab, директор Европейского регионального бюро ВОЗ.

Неотъемлемой частью плана действий является укрепление сотрудничества с ведущими европейскими структурами, такими как Европейская комиссия, Европейский центр профилактики и контроля заболеваний (ECDC), Европейское агентство по лекарственным препаратам (EMA) и Европейское управление по безопасности пищевых продуктов (EFSA), а также с надежными техническими партнерами, такими как Национальный институт пищевых продуктов (сотрудничающий центр ВОЗ и референс-лаборатория ЕС по устойчивости к антимикробным средствам) в Дании и Национальный институт общественного здравоохранения и окружающей среды (RIVM) в Нидерландах, Европейское общество клинической микробиологии и инфекционных болезней (ESCMID) и независимая глобальная сеть по борьбе с устойчивостью к антибиотикам – ReAct.

Каждый человек, который хоть немного интересуется окружающим миром, знает, что время играет на руку микроорганизмам. С каждой секундой они усиливают резистентность к существующим видам антибиотиков, в то время как разработка новых эффективных препаратов продвигается со скоростью улитки.

Не за горами тот день, когда все средства нашего антибактериального арсенала окажутся бесполезными. И это не на шутку беспокоит Управление научных исследований Пентагона (DARPA), которое активно ищет альтернативу антибиотикам.

Как сообщает Medical Xpress, американские военные, как никто другой знают, что продолжительность курса лечения инфицированных ран теперь стала больше в три раза, а поиск эффективного антибактериального препарата с каждым днем становится все труднее. Опасаясь безвыходной ситуации, а также перспективы столкновения в бою с мощными биоинженерными бактериальными агентами, DARPA решило пойти другим путем.

DARPA делает акцент на разработке и использовании наночастиц, которые смогут доставлять специальные гены непосредственно в бактерии. Наночастицы будут нести нечто, называемое малыми интерферирующими РНК (миРНК). Они представляют собой группы молекул, которые фактически способствуют «отключению» ключевых генов в клетках микроорганизмов, что приводит их к гибели.

Они также надеются, что это будет универсальное средство. И наночастицы, содержащие миРНК, можно будет быстро перепрограммировать, как только микроорганизмы мутируют.

На первый взгляд, проект кажется простым делом. DARPA сообщило, что в прошлом году исследовательская группа использовала миРНК на наночастицах, чтобы убить вирус Эбола в организме четырех приматов.

Однако скептики заявляют, что эта область все-таки еще находится в зачаточном состоянии. Вероятно, потребуются годы, если не десятилетия, чтобы полноценно развить этот метод до состояния широкомасштабного применения.

Ученые опасаются, что в ближайшем будущем в Европе может разразиться эпидемия неизлечимых инфекционных заболеваний.

Врачи обеспокоены. Все чаще люди подхватывают болезни, распространяемые “супербактериями” – эта разновидность бактерии Klebsiella pneumoniae хорошо известна ученым. Она живет в кишечнике человека, но может вызывать тяжелые болезни легких и мочеполовой системы. Ее новая разновидность, которая возникла в последние годы (как предполагают специалисты, под воздействие бесконтрольного приема антибиотиков) абсолютно не желает поддаваться лечению. В итоге возникают настолько тяжелые формы заболевания, что человек теряет здоровье, становится инвалидом и даже может погибнуть. По статистике, в Евросоюзе каждый год от не поддающихся антибиотикотерапии инфекционных болезней умирают почти 25 000 человек.

“Супербактерия” K.pneumoniae передается очень просто - через прикосновение к грязным предметам. По информации Европейского центра по контролю и профилактике заболеваний (ECDC), во многих странах Европы до 50% случаев заболеваний инфекциями, вызванных бактерией K.pneumoniae, не удается вылечить даже с помощью сильнейших из ныне существующих антибиотиков. Что особенно печально, в последнее время вероятность подхватить практически неизлечимое заболевание для жителя Европы возросла более чем в два раза – частота заражения “супербактериями” увеличилась с 7% до 15%. Вспышки невосприимчивой к антибиотикам инфекции уже были зафиксированы в Австрии, Венгрии, Италии, Греции и на Кипре.

Что особенно печально это не единственная угроза. В Великобритании выявлено 70 носителей бактерии, содержащей особую белковую молекулу (энзим) под названием NDM-1. Эта молекула защищает бактерию от любых антибиотиков, делая ее неуязвимой для ныне существующих даже очень сильных антибактериальных препаратов. Опасный микроэлемент специалисты нашли у 80% европейских туристов, побывавших в Индии.

Скорость, с которой растет распространение устойчивых к лекарствам бактерий пугает экспертов. Ведь, раз они все еще не могут найти лекарство от болезни, а с каждым годом люди болеют все чаще.

После того, как по всему миру «пронесся» свиной грипп, ученые озадачились тем, какие именно продукты питания помогут предотвратить заболевание этим недугом и тем самым избавят маленьких детей от серьезных последствий. Оказалось, что к таким продуктам относится йогурт, содержащий в своем составе немало пробиотиков.

Медики заявили, что если использовать пробиотики, созданные для контроля за кишечником в привычном спрее для носа, то можно будет с их помощью вытеснить микробы, называемые в лечебном мире MRSA и C. Особенно если дело будет касаться детей, в носоглотке которых находится штамм MRSA, то есть свиного гриппа.

Следует отметить, что данный метод никак не помешает стандартной процедуре вакцинации, так как пробиотики прекрасно уживаются с вакциной против гриппа.

По мнению ученых, злоупотребление антибиотиками уничтожает полезную микрофлору кишечника, что может привести к развитию ожирения, аллергии, диабета и астмы.
Специалисты предостерегают беременных женщин от постоянного использования антибиотиков. Это позволит сохранить разнообразие кишечной микрофлоры, которая передается от матери ребенку.

В развивающихся странах подростки к 18 годам проходят в среднем от 10 до 20 курсов антибиотиков, причем основная нагрузка приходится на раннее детство.
Зачастую врачи назначают антибиотики, не выявив до конца, какая инфекция у пациента - вирусная или бактериальная.
По мнению специалистов почти полностью исчезли полезные кишечные бактерии именно по вине антибиотиков. Также прием антибиотиков может привести к изменениям в выработке гормонов, которые отвечают за чувство голода и насыщения.
Антибиотики, в том числе, приводят к диабету первого типа, к ожирению, повышают риск развития воспалительных заболеваний кишечника, аллергии и астмы.
Специалисты предлагают ввести диагностические тесты, позволяющие точно определить причину инфекции и использовать антибиотики только в крайне необходимых случаях.
Специалисты рекомендуют для лечения использовать препараты, восстанавливающие популяцию полезных бактерий, т.е. пробиотики, а также антибиотики узкого спектра действия, которые уничтожают определенные штаммы микроорганизмов, виновные в возникновении инфекционной болезни.

Всемирная организация здравоохранения выражает обеспокоенность по поводу того, что из-за чрезмерного использования антибиотиков произошел значительный рост случаев возникновения суперустойчивых штаммов бактерий, которые не поддаются лечению.

Исследователи пришли к выводу, что врачи в 80% случаев назначают слишком много и слишком длительные курсы приема антибиотиков.
Исследователи из Университета Кардиффа (Великобритания) пришли к выводу, что, если продолжать использовать антибиотики в таком количестве, вскоре мы можем оказаться в ситуации, когда даже обычные болезни, такие как инфекции дыхательных или мочевых путей, смогут убить. Эксперты считают, что в запасе есть всего лишь лет пять, чтобы взять под контроль использование антибиотиков.
Конечно, некоторые пациенты нуждаются в антибиотиках, но они должны знать, что есть вероятность возникновения устойчивости бактерий к лекарствам. Например, новый штамм STD гонореи, который был обнаружен в Японии, полностью устойчив к любым известным в настоящее время антибиотикам.
Слишком частое использование антибиотиков может полностью уничтожить полезные бактерии в кишечнике и сделать человека менее устойчивым к инфекциям. Поэтому необходимо приступать к разработке альтернативных препаратов, чтобы снизить использование антибиотиков.

Детям лучше не давать антибиотики. Это повышает риск появления в организме устойчивого золотистого стафилококка, показало изыскание, в ходе которого ученые исследовали медкарты британских детей.

Впервые метициллин-резистентный золотистый стафилококк в США появился в 60-х годах. Однако лишь в 80-х годах он провоцировал серьезную вспышку, когда он поразил человека с ожогами, лежавшего в госпитале Сиэтла. А в 2005 году стафилококк вызвал сильную инфекцию у 95000 американцев, убив более 18500 из них.

Эксперты констатируют: сократить число больничных инфекций все-таки удается, но вот все больше людей заражаются за пределами клиник, отмечает Reuters.

Чтобы лучше понять, каким образом распространяется внебольничная инфекция, канадские специалисты ознакомились с данными более 400 британских клиник. Эта же группа специалистов ранее выяснила, что взрослые люди, принимавшие несколько антибиотиков, потом рисковали заразиться стафилококком. На этот раз, ученых интересовали дети, попавшие в поле зрения врачей в промежуток с 1994 по 2007 годы.

Анализ показал: в Британии на 100000 детей фиксировались 4,5 случая заражения стафилококком. Из 297 детей, у которых был диагностирован стафилококк, 53% до этого (за 30-180 дней) пили один антибиотик минимум. Из чего эксперты сделали вывод: чем больше дети получали антибиотиков, тем больше была вероятность стать носителем резистентного стафилококка.

Так, дети, пившие четыре препарата и более, имели 18-тикратное увеличение риска появления инфекции, говорится в отчете ученых на страницах журнала Archives of Pediatrics & Adolescent Medicine.

Вспышка кишечной инфекции в Европе выявила кризис в фармацевтике, о котором давно говорят врачи: новых антибиотиков нет, а старые уже не работают. Микробы стремительно приобретают устойчивость к препаратам, и, если так пойдет дальше, мы можем вернуться в тридцатые годы прошлого века, в допенициллиновую эпоху, когда люди умирали от ерундовых на современный взгляд болезней.

Первые пациенты с острой кишечной инфекцией нового типа появились на севере Германии 2 мая. Сначала фиксировались единичные случаи в Гамбурге, Бремене, Нижней Саксонии, земле Шлезвиг-Гольштейн, но уже через две недели болезнь поразила несколько сотен человек. К концу мая медики определили возбудителя со страшным именем — энтерогеморрагическая кишечная палочка штамма O104:H4 (E.coli O104:H4, или просто EHEC).

Сама болезнь, как и название бактерии, тоже оказалась довольно страшненькой: примерно у четверти пациентов развивался кровавый понос и так называемый гемолитико-уремический синдром с поражением почек и разрушением клеток крови — эритроцитов и тромбоцитов. От этого уже погибли около сорока человек, инфекция обнаружена в полутора десятках стран Европы, а общее число заболевших — несколько тысяч. Для сравнения: за весь 2010 год от гемолитико-уремического синдрома в Германии погибли только двое.

Микробиологи провели анализ бактерии и выяснили три интересных факта. Первый: в геноме микроба есть сразу несколько генов, отвечающих за губительные для человека токсины — у других штаммов кишечной палочки таких сочетаний не находили. Второй: источник болезни обнаружился в пророщенных злаках и бобовых на одной из ферм в Нижней Саксонии, а чуть позже этот же штамм нашли и в ближайших водоемах. Третий: EHEC оказалась устойчивой к длиннющей линейке антибиотиков, более того, многие из них лишь усиливали выброс токсинов, то есть обычная антимикробная терапия против этой болезни не работает.

— Штамм этой бактерии действительно редкий, но не уникальный, — говорит Евгений Куликов, старший научный сотрудник лаборатории вирусов микроорганизмов Института микробиологии им. С. Н. Виноградского РАН, только что вернувшийся из командировки в Институт имени Коха в Германии. — Несколько лет назад его обнаружили в Южной Корее. И вот это важно: Юго-Восточная Азия — основной производитель сои, а источником инфекции как раз считаются пророщенные бобы. Думаю, что в Германии использовали недостаточно дезинфицированные семена. При проращивании эта палочка размножилась, потом попала на стол вместе с салатом. Отмыть в этом случае невозможно. И люди употребляли этот микроорганизм в больших дозах. Ведь, чтобы заразиться кишечной инфекцией, нужно съесть достаточно много патогенного микроорганизма. Иначе его просто задавят количеством свои, здоровые обитатели кишечника.

Здоровых обитателей в кишечнике много: по подсчетам лаборатории, в которой работает Евгений, только штаммов кишечной палочки здесь около полутора тысяч. Они колонизируют наш организм в первый день жизни, есть абсолютно у всех людей и сосуществуют с нами на взаимовыгодных условиях: мы им даем дом и пищу, а они, например, синтезируют витамины.

Все это огромное количество разнообразных бактерий живет внутри нас в виде псевдоорганизма, отдельные клетки которого постоянно обмениваются друг с другом генами. Гены токсинов там тоже есть. И вот, если они собираются вместе в одной клетке, получается такая отменная пакость, как сейчас в Европе. Причем гены могут передаваться не только между штаммами одного вида, но и между видами.

Точно так же, от бактерии к бактерии, передаются и гены устойчивости к антибиотикам:

— Антибиотики — это средства, которые микроорганизмы приобрели в конкурентной борьбе друг с другом за экологические ниши. И устойчивость к ним возникает не только в организме человека: та же почва — это плацдарм, на котором война между микробами ведется на протяжении многих миллионов лет, — рассказывает «РР» Дэвид Шлес, президент компании Anti-Infectives Consulting, консультирующей мировых производителей антибиотиков. — Но мы, люди, широко применяем сверхвысокие концентрации антибиотиков и критически ускоряем процесс отбора устойчивых штаммов.

Цены растут, польза все меньше

Доускорялись. По результатам вспышки EHEC европейские медики приняли рекомендации, суть которых в том, что большая часть пациентов выздоровеет сама, еще части нужно симптоматическое лечение, а самых запущенных предписано все же пользовать двумя типами антибиотиков, «предположительно» не усиливающих выброс токсинов и не приводящих к летальному исходу.

Собственно, эти рекомендации означают одно: человечество изобретает антибиотики медленнее, чем набирают силу устойчивые штаммы бактерий. И дело не в конкретной вспышке кишечной инфекции, которая очевидно сойдет на нет сама собой, как и любые вспышки кишечных инфекций и как было, например, с другим штаммом той же кишечной палочки — NDM-1, еще в прошлом году пугавшим весь мир. Дело в том, что эта вспышка выявила кризис, о котором медики знают уже много лет: старые антибиотики постепенно перестают действовать, а новых появляется все меньше и стоят они все дороже.

— Я вам приведу пример на препаратах против стафилококков, — говорит микробиолог Искандер Байрамов. — Пенициллином лечили стафилококковые инфекции с 1940-х до 1990-х годов. А потом шарахнула эпидемия резистентных (устойчивых. — «РР») штаммов, особенно в развитых странах, где антибиотики применяли широко. Это были внутрибольничные инфекции. Подскочила смертность, стали применять другой антибиотик — ванкомицин. Но пенициллин стоит десять рублей, а ванкомицин — восемьсот. Теперь в США появился ванко­ми­цин-резистентный штамм, причем ученые отследили, что ген устойчивости перескочил от бактерии другого вида. Если этот штамм широко распространится, то придется применять более новый антибиотик — линезолид, цена которого уже двадцать четыре тысячи за пакетик, а курс терапии может стоить сотни тысяч.

«Нафаршированные» генами устойчивости супербактерии сейчас появляются не в результате естественной борьбы за существование, а из-за того, что человечество неразумно использует это чудесное оружие — антибиотики.

Во-первых, их широко применяют в ветеринарии, особенно в богатых странах: одна скотинка заболела, а лечат весь коровник. Сейчас, впрочем, в большинстве стран не принято давать животным препараты, предназначенные для человека, но в обиходе множество веществ, которые очень похожи по составу и, значит, вырабатывают устойчивость не хуже «человеческих» медикаментов.

Во-вторых, собственно лечение антибиотиками практикуется настолько масштабно, что даже удивительно, как еще не все бактерии стали к ним нечувствительны.

В-третьих, самые страшные бактерии выводятся как раз в больницах, потому что именно там их наиболее интенсивно «дрессируют». Есть даже термин — госпитальная суперинфекция, и нет в мире ни одной клиники, где она бы ни присутствовала.

В 2001 году Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) издала «Глобальную стратегию по сдерживанию устойчивости к противомикробным препаратам», а в нынешнем году посвятила этой теме традиционный Всемирный день здоровья. Надо сказать, что сама организация мало что сделала для исполнения своей стратегии, но отдельные страны ввели собственные программы. Сейчас таких стран, по данным ВОЗ, двадцать две.

— Пути сдерживания известны давно, — говорит Роман Козлов, директор НИИ антимикробной химиотерапии Смоленской медакадемии. — Как ни тривиально, главное здесь — образование. Нужно объяснять населению, что использовать антибиотики самостоятельно не следует, а врачам — что антибиотики — это очень серьезные препараты, это не аспирин.

Франция еще в 2002 году объявила кампанию «Антибиотики не принимают автоматически». По телевизору крутили рекламные ролики с этим слоганом, а врачи старались отправлять пациентов в лабораторию, чтобы определить, какой микроб вызвал болезнь, и подобрать наиболее действенное средство.

Но эти меры сразу вошли в противоречие с системой здравоохранения, где врач получает деньги в зависимости от количества пролеченных пациентов. Понятно, что ему выгоднее один раз выписать антибиотик широкого спектра действия и принимать новых больных, чем три дня ждать результатов анализов и принимать пациента вторично. Да и сам больной хочет, чтобы его вылечили сразу. Тем не менее кампания удалась: врачи стали выписывать существенно меньше антибиотиков — на 26,5%. (Дальше всех по пути просвещения продвинулась Бельгия, снизив потребление этих препаратов на 36%, но ее кампания менее известна, так как Бельгия все же не относится к числу «главных стран».)

Кстати, эта проблема — немедленного назначения антибиотиков без лабораторного исследования — и в России одна из главных.

— Я долго работал с медиками и знаю, что там подход утилитарный: «Зачем мне изучать этого микроба? Дам антибиотик широкого спектра и задавлю болезнь!» И не понимают, что это дает сиюминутный выигрыш, но мы таким образом выращиваем пул устойчивых бактерий, и в будущем проблемы вырастают многократно, — говорит Искандер Байрамов.

Русский опыт резистентности

— То, что происходит в нашей стране, вычеркивает ее из списка цивилизованных, ведь у нас любой может купить антибиотик в аптеке без рецепта. Попробуйте сделать то же самое где-нибудь на Западе! — возмущается профессор Козлов.

То есть, как обычно, степень выраженности проблемы в России вырастает многократно. Официально антимикробные препараты не относятся к классу безрецептурных и формально за их свободную продажу можно наказать любую аптеку, которая этим занимается. Но у нас легкомысленное отношение к этим феноменальным препаратам, причем не только у населения, но и у фармацевтов. В результате наши штаммы зело резистентные.

Вот данные из свежей монографии доцента Дальневосточного государственного медицинского университета Сергея Дьяченко: устойчивость к макролидам на Дальнем Востоке в три, а к доксициклину — в пять раз выше, чем, например, в Нидерландах. И так у нас по всей стране и по всем еще работающим антибиотикам. Вообще, читать научные статьи на эту тему — все равно что читать триллер: и бесконтрольное применение, и употребление просроченных препаратов, и хаотические схемы употребления, и древнее оборудование в лабораториях, и неизвестные штаммы в стационарах.

Главное же, как всегда, нехватка денег и вследствие этого скудное назначение так называемых антибиотиков резерва — редко употребляемых, приберегаемых на крайний случай и потому обычно дорогих. Если амбулаторного больного врач еще может спросить: «Вы в состоянии себе это позволить? Тогда я выписываю», то в стационаре он не имеет права выписать то, чего нет в наличии, и послать родственников в аптеку (хотя в реальности очень часто так и происходит).

— Если в стационаре хороший клинический фармаколог, который занимается обеспечением препаратами, то все будет хорошо, — говорит Роман Козлов. — Понимаете, у нас формулярная система. Есть препараты, которые может назначить любой врач, есть такие, которые требуют консультации с заведующим отделением или клиническим фармакологом. На такой же системе работает здравоохранение во многих странах мира, включая США. Но у нас все упирается в финансирование.

Еще хуже делает положение закон о госзакупках, известный в народе как ФЗ-94. По этому закону основным критерием выбора является цена. То есть если есть два препарата с одной формулой, но разной цены, то покупается дешевый. А он, например, дженерик. Тот же Козлов рассказывал, как они сравнивали дженерики азитромицина и оригинал — оказалось, что первые не соответствовали стандартам: там просто было меньше вещества. Но купят именно их, потому что — закон.